Людмила Цветкова: «Мне не стыдно за балет!»

За пять лет главный балетмейстер Иркутского музыкального театра Людмила Цветкова выявила во многих танцорах скрытый потенциал. И изменила отношение к иркутскому балету.

«Простить могу все, кроме творческого предательства»

–Почти десять лет вы были солисткой Иркутского музыкального театра. Почему решили сменить свое «амплуа» и стать балетмейстером?

– Сначала художественный руководитель театра Наталья Печерская предложила мне преподавать в театральном училище, где одновременно я занималась постановками. В театре первая моя серьезная работа в качестве балетмейстера – рок-опера «Звезда и смерть Хоакина Мурьеты». Потом был балет «Сотворение мира». Так получилось, что к тому времени из театра ушел балетмейстер. И мне предложили взять труппу.

– Говорят, что за труппу вы взялись жестко, буквально перевернули все порядки.

– В театре сложилась традиция: все внимание одному – двум ведущим солистам. А труппа всегда была где-то в тени. Я поставила задачу: сделать так, чтобы пусть по чуть-чуть, но солировали все артисты. Балет – одно из самых травматичных искусств. Но тех, кто им занимается, это не пугает. Для артиста важно другое – знать, для чего он приходит на репетиции, ведет изнурительную работу. И мне удалось заинтересовать своих ребят. Теперь у них глаза горят. Они полны идей. И занимаются с энтузиазмом.

– Вы считаете себя строгим руководителем?

– Нет, порой я бываю даже чересчур мягка. Хотя иногда делаю резкие замечания. Приходится.

– Что вы можете, а что нет простить своим артистам?

– Простить могу все, кроме творческого предательства. Когда начинаешь работать с человеком, достигаешь каких-то результатов, а он потом останавливается. Все меньше появляется на репетициях. Еще не люблю бездельников и тех, кто прячется за другими.

– А тех, кто уезжает в другие театры?

– С одной стороны, я понимаю, когда хочется чего-то большего. С другой стороны, обидно, потому что вложено столько сил и энергии. Но это жизнь.

– А в Иркутск едут?

– Редко. Мы слишком далеко находимся от хореографических училищ. И потом, все стремятся на запад, поближе к столичным театрам, где престижнее и платят больше. Поэтому редко когда удается соблазнить работой молодых артистов. Хотя я рада, что костяк в иркутском балете сегодня есть.

Актер – глина в руках балетмейстера

– Когда приходите с утра на репетицию в балетный зал, где перед вами пустое пространство и полусонные артисты, с чего начинаете?

– На репетицию прихожу подготовленной на 90%. Все остальное – импровизация. Предварительная подготовка идет ночью. Вместо того чтобы спать, я обдумываю постановку. Так что сначала у меня внутри рождается интерес, а потом я им заражаю других.

– Вы требуете от артистов того, что можете сделать сами, или у вас есть идеал, к которому стремитесь?

– Наши идеалы не ложатся трафаретом на исполнителей. Когда я ставлю авторскую вещь, то должна раскрыть индивидуальность каждого артиста. К сожалению, к актерам приклеиваются амплуа. А я помогаю избавляться от них. Возьмите, например, балет «Танго ночи». Каждый номер выстроен под конкретного артиста, а не просто придуман мной.

– А от актеров ждете профессионального мастерства даже в танцах или все же делаете им скидки?

– Да, индивидуальные поблажки приходится делать. С актерами мне помогает работать репетитор Тамара Алексеева. Именно она доводит до ума все движения с исполнителями.

У Цветковой мужчины танцуют на пальцах

– В чем, на ваш взгляд, особенность иркутского балета?

– Маленькая, мобильная, на четверть профессиональная труппа вытягивает спектакли высокого уровня. В прошлом году Генриху Майорову, известному хореографу-постановщику, я привезла видеокассету с «Золушкой». Он просмотрел и сказал: «Балет хороший. Но как ты умудрилась поставить «Золушку» с такой труппой?» По большому счету мы провернули аферу, потому что для этого балета требуется много исполнителей и высший профессиональный уровень.

– В этом балете вы отдали роль мачехи Юрию Щерботкину. Актер танцевал женскую партию на пуантах. Идею у Михайловского подхватили?

– Это и не Михайловский придумал. Многие балетмейстеры используют такой прием, когда мужчины танцуют на пальцах (в балете танцевать на пальцах позволяют специальные тапочки или туфельки с очень твердым носком – пуанты. На пуантах, или на пальцах, танцуют в основном женщины - Ред.) У Юры уже был опыт исполнения женской роли, правда, он не стоял на пуантах. И потом, такую сильную, жестокую и деспотичную женщину, как мачеха, не может воплотить на сцене миниатюрная балерина.

– Кстати, многие зрители замечают, что наши балерины стали гораздо стройнее. Это субъективный взгляд, или на самом деле девушки похудели? Что вы с ними делаете?

– Ничего особенного. Просто у девочек появилось больше работы. Когда балерина востребована, у нее меньше проблем с лишним весом. Я это по себе знаю. Хотя не могу сказать, что довольна формой всех своих артистов.

– В Музыкальном театре ставят в основном классический балет. Нет ли желания поставить нечто современное?

– В нашем репертуаре есть рок-балет «Серебряная нить». Музыку к спектаклю сочинили ребята из популярной в городе рок-руппы «Extrovert» (в прошлом «Стихия»), а я написала либретто. «Танго ночи» – это тоже современная хореография. Но у нас нет возможности часто ставить балеты. Всего один раз в сезон. А от классики уходить далеко нельзя. Мы – театр, где зрители приобщаются к высокому искусству.

– Вы упомянули, что к нам танцоры идут неохотно. А что нужно, чтобы вырастить свой классный балет?

– Профессиональные педагоги и репертуар, на котором можно держать форму. Я прикрываю своими идеями непрофессионализм некоторых ребят. Зрителю каких-то серьезных огрехов не видно. Но наметанный глаз всегда определит недостатки в выступлениях.

– Людмила Львовна, вы обладатель двух престижных премий. А почему иркутский балет, даже по вашим словам не блещет?

– Я с вами не соглашусь. Там, где иркутский балет бывает с гастролями – Воронеж, Ярославль, Астрахань, Владивосток, его везде принимают на ура. Конечно, до уровня столичных театров нам далеко. У нас нет профессиональных исполнителей. Но могу вполне серьезно сказать: мне не стыдно за свой балет!

Наталья МУСТАФИНА