 |
Диалог любителей оперетты
о спектаклях Иркутского музыкального театра.
Первый: Что за афиша, что за афиша! Всего три классических оперетты, а остальное – и балеты, и дивертисменты, и вечер романсов, и даже – прости господи! – рок-оперы! Что за всеядность такая! И для чего?! Неужели нельзя, как в старые добрые времена – Кальман, Штраус, Легар – ну, может быть какой-нибудь мюзикл типа «Моя прекрасная леди»? Все испытано временем, любимо зрителем, аншлаги обеспечены!
Второй: И что, я должен в 101-й раз смотреть, как Сильва любит Эдвина и как Бони поет «Красотки кабаре»? А где же право на поиск, на новые формы? Ведь и «Сильва» была когда-то сыграна в первый раз.
Первый: (мечтательно): Да, в 1915 году, еще во время первой мировой войны. Говорят, солдаты даже переставали стрелять, когда им напевали или насвистывали мелодии из этой, наверное, самой популярной оперетты в мире.
Второй: А кстати, заметили в иркутской постановке, как остроумно обыграна любовь высшего света к спорту? Здесь Эдвин и Стасси играют в теннис. Стасси впервые появляется на велосипеде, Бони сопровождает ее в спортивном костюме – здорово и исторически достоверно.
Первый: Лучше бы они сыграли любовь Сильвы и Эдвина. А то сложилось такое странное впечатление, что они больше играют в любовь, чем любят по-настоящему.
Второй: Вам что, мало страстей в мексиканских сериалах? Мне как раз понравилось, что Эдвин – В. Варлашов как бы иронизирует над страстью своего героя, делает все чуточьку не всерьез. Ну кто, в самом деле будет сегодня рыдать над несостоявшейся свадьбой певички из кабаре? Тем более все знают, что в оперетте все всегда кончается благополучно. Закон жанра. А вот зрелищность – другое дело. Мне думается, режиссер В. Цюпа и художник В. Архипов хотели сделать спектакль о притягательности кабаре. Отсюда такой красивый золотой занавес, такой акцент на матери Эдвина (засл. арт. РФ Л. Любименко) – бывшей певичке Лили-Мотылек, и такой необыкновенно танцевальный третий акт – обычно столь короткий и невыразительный. А тут и танго – тоже модный танец начала века, и рок-полька (уже дань нашему времени), и красивейшие «Бабочки». Словом, зрелище! Превосходен балет иркутян: в «Сильве» это номера кабаре, а, скажем, в спектакле «Иисус Христос – суперзвезда» балет – одна из выразительных составляющих этого необыкновенного действа. Надеюсь, вы не пропустили суперхит 70-х годов Уэббера?
Первый: Только этого мне не хватало: история Христа в рок-опере! Я лучше Библию почитаю – все-таки первоисточник.
Второй: Значит, и большинство произведений мирового искусства, созданных по библейским сюжетам, тоже проходят мимо вас?
Первый: Ну почему... Ведь то же классическое искусство, там философский смысл развивается и углубляется. Не будете же вы уверять меня, что в этом, как вы его назвали суперхите, сохранен великий дух первоисточника?
Второй: Еще как буду! Каждая эпоха выражает себя в своих ритмах. И рок-ритм отвечал настроениям 70-х годов – времени создания произведения Уэббера. Великое призвание, вера, предательство, суд, расплата, крестный путь, Голгофа – все есть в емком либретто Т. Райса. Оно по-хорошему наивно, как если бы некий миссионер пересказывал Библию для дикарей. А ведь в некотором смысле именно таковы многие неверующие. Театр поразительно органично сумел соединить вокальные партии в исполнении рок-певцов (Иешуа – А. Айдаров, Иуда – В. Антипов, Мария из Магдалы – А. Рыбникова) с выразительными, полными экспрессии массовыми сценами хора и балета. Действие идет по нарастающей, достигая напряженного накала в финале, в нем нет пустот, все выверено, наполнено смыслом. Великолепен мизансценический рисунок режиссера Н. Печерской и балетмейстера Ю. Надейкина. Конструкция художника А. Акулова позволяет действию разворачиваться сразу на трех сценических площадках. А как работает художник по свету засл. работник культуры РФ Г. Мельник! Вот уж воистину художник!
По мироощущению спектакль трагичен, да и может ли быть иначе?
Первый: Ну и зачем это в театре оперетты?
Второй: Во-первых, не оперетты, а Музыкальном, то есть жанры здесь могут быть разными. Во-вторых, расширение возможностей театра, свежесть, новизна вместо приевшихся опереточных штампов. И, наконец, привлечение в театр молодых, забота о зрительской смене.
Первый: Ну, положим, диапазон можно расширять, включая редко идущие произведения – это у иркутян тоже есть. Обратили внимание на вечер одноактных опер, куда включены «Колокольчик» Доницетти и «Званый ужин с итальянцами» Оффенбаха. Мне никогда не доводилось видеть их на сцене. А ведь прелестные вещицы! «Колокольчик» слегка напоминает «Севильского цирюльника», там герой – Энрико (снова В. Варлашов) тоже переодевается много раз, чтобы отвлечь внимание аптекаря Анибалле, и проникнуть к его молодой жене Серафине (Л. Полякова).
Второй: Сюжет похож, потому что восходит к единому сюжету комедии дель арте, а Варлашов, на мой взгляд, демонстрирует незаурядные комические способности.
Первый: Согласен. Но еще более уморительна вторая вещь, где показана такая замечательная пародия на итальянскую оперу! Ну прямо наша «Вампука».
Второй: И как виртуозно разыграли ее Шуфлери (нар. арт. РФ Н. Хохолков), Эрнестина (С. Лунюшкина) и Бонифас (засл. арт. РФ В. Лесовой). Это довольно трудная и вокально, и актерски сцена была исполнена безупречно! Вновь режиссер Н. Печерская нашла свой ключик к этим комическим операм: тонкая стилизация, пасторальные краски.
Первый: Я только не понял, почему сначала все действующие лица представляют как бы живую картинку, содержание которой пересказывает экскурсовод группе современных экскурсантов. Причем, звучит рассказ примерно как у Ефима Шифрина с его знаменитой Марией Магдалиной.
Второй: Ну прием такой, чтобы связать с современностью... Впрочем, не нахожу его слишком удачным – он стилистически выбивается из общей картины. Но увлеченность актеров все искупает.
Первый: Да, вы заметили: они делают все так радостно, с такой отдачей, как будто мы единственные зрители на земле.
Второй: Так и должно быть в высокопрофессиональном коллективе, который не боится творческого риска, расширяет диапазон своих возможностей и с радостью выполняет задачи талантливых руководителей.
Людмила Романова,
театровед. | |
|
